20170701

Посол, ученый, нелегал: уникальная история "сотрудника особого резерва"





Особняк желтого цвета в центре Москвы — академический Институт Латинской Америки, где про, наверное, самого удивительного советского разведчика-нелегала — свои воспоминания. И если в прошлые выходные в центре наших рассказов была ситуация, подобной тем, что были в фильме "Судьба резидента" (где Тульев отправляется за рубеж, оставляя здесь жену и ребенка) и в "Семнадцати мгновениях весны" (где Штрилиц видит жену только на расстоянии), то теперь — рассказ о том, кто возвращался с женой — оттуда.
- Это какого периода, как вы думаете?
- Думаю, 40-е годы.
- Резидентура в Аргентине, а может быть в Монтевидео, в Уругвае, да?
- Ну, что.
- Вешаем.
- Да.
- Вешаем!
Портрет мы вешаем с научным руководителем ИЛА Владимиром Давыдовым. А тот, о ком говорим, это...
На Западе этого южного красавца знали в том числе под именем Теодоро Кастро — так его звали в Риме. В знаменитом фильме "Римские каникулы", когда агенты спецслужб и полиция ищут пропавшую принцессу, где-то воспроизведены и поиски его, вдруг пропавшего посла в Риме и в Ватикане от Центральноамериканской Республики Коста-Рика. На самом деле, это был получивший приказ исчезнуть советский разведчик Иосиф Григулевич.
- Он внешне ведь не очень был на русского человека похож?
- Нет, абсолютно не русского. Но поэтому, я думаю, он хорошо смотрелся в Латинской Америке. Его внешность вполне соответствовала латиноамериканским стандартам.


Итак, с искомой для разведчика-нелегала внешностью, будем считать, понятно — пока. А что с искомым семейным положением?
Еще на прошлой неделе мы вспомнили и отрывок из американского сериала "Американцы", где было показано, как еще в СССР знакомят нелегала-юношу и нелегала-девушку и, по сути, приказывают: вы будете мужем и женой. В СВР тогда объяснили, что это карикатура.
- Нет. Не так. Не так. Все это происходит по любви, — уверил лава Службы внешней разведки Сергей Нарышкин.
Но все-таки: а как это происходит? Рассказ о жене разведчика-нелегала Григулевича дополняет бывший куратор как раз латиноамериканского направления в тогда еще не СВР России, а ПГУ КГБ СССР.
"Один раз я прямо в лоб спросил ее: "Лаура, ты вообще знала, что выходишь замуж за советского разведчика?" Она сказала: "Да, знала. Он сказал мне накануне свадьбы, что он работает на советскую разведку. Но поскольку я была в таких же абсолютно убеждениях с точки зрения идеологии, то у меня не было колебаний принять его предложение и стать его спутницей жизни", — рассказывает генерал-лейтенант КГБ в отставке Николай Леонов.
- По-моему, этот союз был очень естественный, и он помогал обоим выжить в этих тяжелых условиях, — считает Давыдов.
- А жена у него была мексиканка, да?
- Мексиканка.
Она — мексиканка. Он — литовский караим. Значит, этим агентам переучиваться на иностранцев было не нужно? Но давайте сначала разберёмся даже не в национальностях, а в терминах.
- Одна тонкость с точки зрения терминологии. Правильно я понимаю, что тот иностранец, который работает на российскую разведку, пусть даже из самых лучших идейных соображений, он все-таки агент? А разведчиком-нелегалом ты считаешься, если ты гражданин России?
- Ну, в подавляющем большинстве случаев, — отвечает Сергей Нарышкин.
- Ну, насколько я понимаю, большинство тех иностранцев, которые начинали работать на советскую, российскую разведку, потом приезжали сюда, получали гражданство, советское или российское.?
- Они становились сотрудниками службы внешней разведки. Но тогда это называлось Первое главное управление КГБ СССР. И, оставаясь в статусе особого резерва, были нашими офицерами.
- Вы не первый раз сегодня употребляете словосочетание "особый резерв". Это ваша внутренняя терминология для нелегалов?
- Да. Все-таки разведчик-нелегал — это такой профессиональный термин. Но он и в хорошем смысле художественно-бытовой. А в нормативных документах эта категория сотрудников разведки называются "сотрудники особого резерва".
Григулевич потом и стал жить в Москве. То есть, он, иностранец по происхождению, стал сотрудником. Но вот чтобы понять, о каких серьезных вещах мы будем говорить дальше, нам пригодится, по идее, шутейный фильм о Джеймсе Бонде. Итак, как мы выяснили, по российской терминологии, Джеймс Бонд — не "агент", а "сотрудник" (своей службы). Но какой сотрудник?
- Найджел Смолл-Фосетт, Британское посольство, Нассо.
- Как поживаете, Найджел?
- Извините за опоздание. Так как вы подпольный агент, я принял предосторожности, чтобы не было слежки.
- Поэтому вы кричали мое имя на всю пристань?
- О Боже, правда? О, извините. Черт! Я в этом всем новичок.
Внимание! Пусть по английской терминологии Бонд все-таки "агент", но на задании он никогда не говорит, что он не британец. Скрывает не национальность и гражданство, а профессию. А вот российские разведчики-нелегалы скрывают и то, и другое.
Вспомним еще раз 2010 год, когда мы увидели современных российских нелегалов, раскрытых в США из-за предательства. Все они были славяне. Но, в конце концов, иные славяне похожи на белых американцев.
Правда, один из них носил имя Хуан Ласаро. То есть, был как бы латиноамериканец. Но он — русский Михаил Васенков. Первый вывод: со времен иностранца Григулевича в латиноамериканцы стали подбирать и нелегалов-славян. То есть, в Управлении "С" все эти годы продолжалась работа по подбору персонала даже для самых экзотических заданий.
Интересное совпадение: когда в октябре прошлого года Путин представлял в СВР нового директора Нарышкина, интервью с ним мы писали на фоне портрета как раз Григулевича кисти местного художника-разведчика.
- Сергей Евгеньевич, талантливый вам коллектив попался!
- Удивительно талантливый.
- Это же все творчество сотрудников службы внешней разведки, да?
- Талантливый с традициями. История службы написана удивительными людьми.
- У Вас за спиной Григулевич, который работал послом Коста-Рики при Ватикане, будучи советским разведчиком.
Самое поразительное: Григулевич не изображал из себя посла, он был им. Он пользовался таким доверием тогдашнего коста-риканского президента, что тот сам ему предложил должность на выбор.
"Он пользовался очень большим влиянием на самого Папу Римского. И, как говорили, раз в неделю он делал доклад ему о международном положении", — рассказывает Давыдов.
Откуда о Григулевиче так много знает такой мирный человек, как членкор РАН Владимир Давыдов? Так для него Григулевич — коллега-ученый. Вот он показывает его книги: о латиноамериканских героях и, конечно, о Ватикане.
В Москве Григулевич стал крупнейшим латиноамериканистом, одним из "крестных отцов" ИЛА. И именно в этом качестве поехал как-то в редакцию тогдашнего журнала "Проблемы мира и социализма". На встречу с латиноамериканцами-коммунистами его туда пригласил как раз Давыдов. Латиноамериканцы были в восторге.
- Они в полном восторге были, потому что видели перед собой крупнейшего ученого, не догадываясь о том, что это бывший нелегал?
- Они знали. Кое-что знали. Он ведь начинал как агент Коминтерна, со временем поменял, скажем так, адрес. Но сначала это был агент Коминтерна.
Итак, ответ на еще один вопрос. Похоже, какие-то традиции российской нелегальной разведки действительно оттуда, из времен Коминтерна. А еще, похоже, бывших разведчиков действительно не бывает. Григулевич, уже давно будучи ученым, узнал, что в СССР едет один важный латиноамериканский гость, и пошел к Леонову.
"Я вам гарантирую успех этой вербовки, крупнейшего плантатора, богатого, влиятельного человека, бывшего президента Коста-Рики". Доложил Крючкову. Тот, значит, поднялся со стула, долго ходил по кабинету и говорит: "Заманчивое предложение". Он говорит: "Наверное, все-таки мы воздержимся от этого предложения". Когда я сообщил это решение Григулевичу, он говорит: "Эх, вы, ребята! Не романтики вы, прагматики вы. Я бы конечно завербовал", — вспоминает Леонов.
Конечно, нелегал-Григулевич работал в ту эпоху, когда большое значение имела и идеология.
- Сложный вопрос вам задам. Подвиг Григулевича-разведчика как посла Коста-Рики при Ватикане, добытчика ценнейшей стратегической информации бесспорен. Совершенно бесспорны подвиги его, связанные с тем, что, работая в Аргентине, он закладывал взрывчатку на корабли со стратегическими грузами, которые шли для фашистской Германии, и таким образом приближал Победу. Но ведь в биографии — и участие в покушении на Троцкого, и убийство в Испании анархистов-троцкистов из идеологических.
- Да, лидеров анархо-троцкистов.
- Выполнял приказ?
- Да. Я не считаю возможным мазать все черной краской. Я думаю, что если мы будем мазать нашу историю черной краской, мы не поймем не только прошлое, но и будущее.
Времена действительно меняются. Управление "С" остается. И, естественно, ответы на ВСЕ вопросы оно даёт — только своим сотрудникам. Вот, пожалуй, единственное, что мы смогли узнать еще.
- Сергей Евгеньевич, а еще кто-нибудь использует таких нелегалов в других разведках, в других странах?
- Ну, у меня нет достоверной информации о том, что есть ли в какой-либо или в каких-либо разведывательных службах отдельные структурные подразделения, которые занимаются разведкой с нелегальных позиций. Но при этом, конечно же, разведки ряда стран используют приемы и методы нелегальной разведки.
- Ну, я навскидку скажу, что в открытой печати видел, что явно у израильтян есть. Недавно был случай, когда было точно известно, что это Израиль и "Моссад", и еще были протесты, по-моему, в Новой Зеландии, кажется, Ирландии, по чьим паспортам эти ребята работали. То есть, у израильтян есть?
- Ну, очевидно. Но при этом хочу с уверенностью сказать, что опыт российской внешней разведки в этой сфере, конечно, самый большой, самый богатый.
Пожалуй, единственное уточнение-предположение. Как мы знаем, мощная разведка была у ГДР. Но нелегалам из Восточной Германии не нужно было переучиваться на другую национальность: даже и с берлинским акцентом они могли выдавать себя за "западников" — западных, но немцев.
По тому, какую кампанию за освобождение своих пятерки разведчиков из тюрем США вела все та же Куба, мы знаем, что нелегалы есть и у нее. С одним из них у нас даже после его освобождения было интервью. Но, опять же, приодевшись, кубинцы из Гаваны могут выдавать себя за кубинцев из Майами. А подрихтовав акцент, за других испаноязычных латиноамеркианцев. Язык учить не надо.
То есть, опыт России и Израиля по превращению разведчиков-русских и евреев в представителей совершенно иных национальностей действительно уникален.
Вполне вероятно, что эти наши предположения — неполные.