20170708

Чем провинился Катар перед арабскими соседями?

Чем провинился Катар перед арабскими соседями?
Фото: Reuters


В ночь на среду истекает срок ультиматума, предъявленного Катару арабскими соседями.
Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и Бахрейн требуют от Катара прекратить поддержку радикальных группировок, в первую очередь "Братьев-мусульман", закрыть принадлежащий ему телеканал "Аль-Джазира" и турецкую военную базу и заморозить связи с Ираном.
Что именно произойдет, если Катар не выполнит условия ультиматума, точно не известно: арабские соседи предупреждают, что в этом случае действующие против страны санкции станут перманентными и она лишится возможности "вернуться в арабский мир".
Звучит угрожающе, но довольно расплывчато. По мнению многих экспертов, о военном конфликте речь не идет - хотя бы потому, что на территории Катара расположена крупнейшая в регионе американская военная база, но в большей степени потому, что к военному противостоянию с Ираном и Турцией монархии Залива не готовы, да это и не в их интересах.
Удавить экономически страну, располагающую разведанными запасами нефти в 15 миллиардов баррелей и запасами газа в 25 триллионов кубометров (по оценкам Национального банка Катара, при нынешних темпах разработки этого хватит на 138 лет), нереально.
Вокруг чего тогда шум? Об этом обозреватель Би-би-си Михаил Смотряев беседовал с преподавателем Европейского университета в Санкт-Петербурге, специалистом по безопасности в регионе Николаем Кожановым.


Николай Кожанов: Этот конфликт развивается в плоскости жестов, традиционных для арабской дипломатической и геополитической культуры. По большому счету, здесь важен сам факт отлучения Катара от арабского мира. А потом здесь еще идет своеобразный торг: давайте потребуем больше, зная, что мы получим меньше.
С Катара сейчас требуют по максимуму, но, думаю, в ближайшее время мы увидим, как наиболее жесткие требования будут убираться. Останется только что-то, связанное с поддержкой терроризма, то есть нечто растяжимое и обтекаемое. Возможно, Катар откажется от поддержки ХАМАС. Откажется ли он от поддержки "Братьев-мусульман" - это большой вопрос.
Би-би-си: А в чем, собственно, выражается поддержка экстремистов с точки зрения государств, предъявляющих Катару претензии? Он дает экстремистам деньги, предоставляет бесплатное рекламное время на "Аль-Джазире"? Строго говоря, в этом замечен не только Катар - можно назвать немало групп и людей, которым те же саудовцы оказывают посильную финансовую помощь.
Н.К.: С соседями Катара все немного сложнее. Катар в последние два-три года просто был на виду. Сложно припомнить другую страну, вернее, ее вещательные каналы, которые бы так активно предлагали эфирное время представителям достаточно радикальных течений: в частности, именно с катарского телевидения мы впервые услышали, что Россия - враг ислама номер один, и всевозможные агрессивные призывы к другим игрокам на Ближнем Востоке.
Второй момент заключается в том, что поддержка радикальных групп больше ассоциируется с Катаром, чем с другими государствами. Действительно, саудовцы не меньше, а то и в большей степени поддерживают довольно радикальные группировки на Ближнем Востоке, но эта поддержка идет на уровне кланов и семей, прямой ассоциации с Саудовской Аравией как государством меньше. Это и было использовано как повод, чтобы надавить на Катар.
Хотя если начать разбираться в источниках поддержки и объемах помощи радикальным группировкам, идущих из монархий Залива, то Катар тут далеко не самый агрессивный и проблемный.
Би-би-си: Теперь о поддержке, которую Катар получает из Ирана и Турции. Это, как мне представляется, довольно неожиданный альянс. Арабский мир всегда предпочитал не иметь дела с иранскими шиитами, а с Турцией всегда шли споры за региональное первенство. Если ситуация и дальше будет развиваться в невыгодном для Катара направлении, до войны дело, скорее всего, не дойдет, но насколько дрейф Катара в сторону Ирана и Турции может изменить баланс сил в регионе?
Н.К.: Честно говоря, не слишком. Связи с Ираном, причем достаточно крепкие, имеет большинство малых арабских монархий. Здесь и ОАЭ, и Кувейт, и Оман, более того, Катар здесь тоже не первый. Сейчас наблюдается ситуативное положение вещей, которое катарцы вынуждены принять. Мы имеем дело пусть и с достаточно громким спором, но спором в рамках единой семьи. Я предполагаю, что в ближайшее время, ну, может, в среднесрочной перспективе, мы увидим нормализацию отношений - формально Катар так или иначе примет условия игры, и Иран окажется несколько в стороне.
Но раскол по линии шииты-сунниты или Иран-монархии Залива несколько преувеличен. Если взглянуть на ситуацию за последние 25-30 лет, будут видны сменяющие друг друга периоды "холодного мира" и напряженных отношений. Сейчас, очевидно, произошел раскол: Саудовская Аравия, ободренная американскими союзниками и приходом молодого, агрессивного принца Мухаммеда бин-Салмана, предпочла сохранить напряженность в отношениях с Ираном. Остальные монархии пытаются снизить этот градус. Катар, находящийся в изоляции, вынужден лидировать в этом вопросе.
Что же касается Турции, то и здесь существовали предпосылки для развития взаимодействия. Активная поддержка "Братьев-мусульман" в Сирии, в частности, осуществлялась в связке Турция-Катар. Речь идет о выходе этого взаимодействия на новый уровень, но он тоже ситуативен. Говорить о возникновении стратегического альянса Турции и Катара не приходится. Просто цели стали более явными, но существовали и до этого.
Би-би-си: Требования монархий Залива относительно "Братьев-мусульман" и "Аль-Джазиры" наиболее понятны и, кстати, наиболее ясно сформулированы. Чем, собственно, и те, и другие так сильно провинились перед остальным арабским миром? По моим наблюдениям, "Аль-Джазира" не является рупором королевской семьи Катара в такой степени, в какой, к примеру, Первый канал является рупором Кремля.
Н.К.: До Первого канала "Аль-Джазире", безусловно, далеко, хотя национальное телевидение Катара иногда приближается, надо отдать ему должное. "Аль-Джазира" в настоящий момент обладает наиболее массовой аудиторией, это достаточно эффективный рычаг влияния, сосредоточенный в руках маленького Катара, причем влияния не топорного, не прямолинейного.
Это "мягкая сила", впитавшая в себя лучшие черты западных каналов, она способна донести мысли катарского руководства под правильным углом, сделать так, чтобы они были восприняты аудиторией. И этого, естественно, боятся, потому что ничего подобного нет ни у саудитов, ни у Египта, ОАЭ оказались не способны создать ничего подобного.
Что же до "Братьев-мусульман", то это довольно застарелая проблема. Они являются идеологическими, если не социальными, противниками как нынешнего египетского режима, так и Саудовского королевского дома. Любая страна, оказывающая им активную поддержку, автоматически становится противником Каира и Рияда.
Хотя на фоне радикальных группировок в большинстве стран региона "Братья-мусульмане" выглядят в наши дни, к сожалению, весьма миролюбиво. Более того, в ряде стран эта организация уже перешла на рельсы политической борьбы - достаточно напомнить, что бывший президент Египта Мухаммед Мурси был выходцем из "Братьев-мусульман".
Если говорить о том, что произошло и почему Катар навлек на себя гнев соседей, я думаю, речь дело в наборе критической массы вопросов к нему со стороны других региональных игроков: недовольство поддержкой радикальных течений, недовольство амбициями маленькой страны и претензиями на лидерство в регионе, недовольство независимой политикой, контактами с Ираном. Не следует забывать и о том, что Катар - крупнейший производитель газа.
С учетом реализуемых программ в самом регионе и за его пределами независимый игрок, который взаимодействует с Тегераном, с Москвой, способен активно влиять на рынок газовых ресурсов.
Все это совпало по времени, в результате против Катара предприняли агрессивные шаги. Но еще раз подчеркну, это шаги сигнального характера. Военного вторжения, скорее всего, не будет. Это сигнал о том, что Катару пора становиться более командным игроком.